Содержание

  1. Введение
  2. Рекордное количество инициатив
  3. Первоначальные арабские инициативы
  4. Переход к инициативам ООН
  5. Фиктивные международные решения
  6. Попытки вычеркивания женевской инициативы
  7. Вена и график реализации
  8. Всесторонний провал
  9. Сложные решения

 

1.      Введение

С началом сирийской революции и планомерного применения  крайне жесткого систематического насилия и военного варианта решения разгона мирных демонстраций со стороны режима Башара Асада, а также по мере нарастания озабоченности в региональных и международных кругах по поводу судьбы сирийского народа, противостоящего беспощадной махине войны режима своими мирными демонстрациями, некоторые стороны, связанные с сирийским вопросом, стали предлагать политические инициативы для решения конфликта и прекращения насилия режима, с тем чтобы  оно не превратилось в разрушительную войну для Сирии и всего региона.

 

2.      Рекордное количество инициатив

Было выработано примерно десять основных инициатив, направленных на решение сирийской трагедии.  Параллельно им есть столько же частичных инициатив, направленных на конкретные цели на сирийской территории или локальную цель в контексте решения глобальной проблемы. В целом эти инициативы не дополняли друг друга, они не преследовали цели ясного, нарастающего давления, направленного против режима и против войны, которую он развязал. Инициативы были разнонаправленными: иногда жесткими, нацеленными на интересы народа и оппозиции, иногда мягкими, слишком бесхребетными по отношению  к режиму, не соответствующими минимальным требованиям сирийцев. Единственное в чем они сходились – это в том, что они не смогли облегчить жизнь сирийского народа.

В итоге было предложено рекордное количество инициатив: региональных, международных и со стороны ООН, такое количество решений не было предложено ни по одному из  вопросов или войн за весь последний век. В составлении этих инициатив участвовали арабские и международные организации, такие как «Лига арабских государств» ЛАГ, «Организация исламского сотрудничества» OIC, ООН, ЕС и другие страны, так или иначе вовлеченные в сирийский вопрос: США, Россия, Франция, Великобритания, Германия, КНР, ряд арабских и региональных стран, таких как Саудовская Аравия, Катар, Турция, Египет и Иран.

Однако все это количество не перешло в качество, все перечисленные силы, страны и организации не смогли воплотить в реальность ни одну из этих инициатив. Это явилось следствием больших разногласий между странами, связанными с сирийским вопросом, желания некоторых стран использовать сирийскую трагедию для продвижения своих интересов и торговли за счет Сирии по своим наболевшим, актуальным проблемам. Они использовали эти инициативы как повод для оттягивания, траты времени и откладывания решения, потому что эти инициативы не соответствовали заявленным целям. Это приводило к промедлению и остановке процесса в ожидании, пока не созреют политические или скорее военные условия, в которых можно реализовать свое видение решения. Кроме того, непримиримость сирийского режима, его одержимость властью, и при этом его полная открытость внешнему вмешательству взамен на сохранение Башара Асада и его режима у власти, – все это не способствовало воплощению любых из этих инициатив.

В результате этого, все тексты этих инициатив получились ограниченными, нереализуемыми, технически нецелесообразными, незрелыми с процедурной точки зрения, несущими в себе все условия для провала, и кроме того, в них отразились все региональные и международные разногласия. Эти инициативы стали точным отражением политического конфликта на момент их выхода.

 

3.      Первоначальные арабские инициативы

В ноябре 2011 года, спустя 8 месяцев с начала сирийской революции, когда число погибших составляло чуть больше 10 тысяч человек, ЛАГ предложила план по урегулированию кризиса в стране, который включал «ряд мер по прекращению насилия в стране, а также по недопущению иностранного вмешательства в дела Сирии». План состоял из 13-ти пунктов, больше всего напоминавших  призыв к реформе. План призывал к мирным переговорам между режимом и оппозицией для остановки кровопролития, требовал от режима вывода войск из городов, освобождения задержанных в ходе восстания и проведения широких и существенных политических реформ, отделяющих армию от политической и гражданской жизни. ЛАГ также призывала к переговорам под ее наблюдением, цель переговоров – установление демократической, плюралистической формы правления в виде коалиционного правительства национального единства, проведение прозрачных парламентских выборов, а затем и открытых президентских выборов, в которых смогли бы принять участие все стороны, включая Асада.

Этим предложением арабы опередили международное вмешательство, пытаясь предложить план по прекращению войны, но режим отнесся к этому плану агрессивно и легкомысленно, и свел на нет все арабские усилия, ограничив работу наблюдателей ЛАГ, запретив им встречаться с активистами,  и обстреливая их в ходе бомбардировок. Сирийцы были уверены, что режим не примет план ЛАГ, потому что этот режим был хорошо им знаком на протяжении пяти десятилетий, они знали степень его  одержимости властью, его хваткий контроль над страной со всеми ее ресурсами, нацеленный на то, чтобы остаться у власти.

Несмотря на враждебность режима по отношению к плану ЛАГ по урегулированию кризиса, арабы не сдавались, в особенности потому что некоторые арабские страны Персидского залива видели для себя угрозу в союзе Сирии и Ирана, и, соответственно, продолжали свои попытки. Они считали, что даже в случае провала всегда можно рассчитывать над переведение вопроса в компетенцию мирового сообщества, которое может продиктовать свое решение.

В январе 2012 года была предложена еще одна инициатива, она была немного сильнее плана ЛАГ в силу того, что в ней содержалось  требование к режиму в течение двух недель провести переговоры с оппозицией, чтобы в двухмесячный срок создать правительство национального единства, а затем провести ранние парламентские и президентские выборы в стране. В этой инициативе содержались повышенные требования: глава сирийского режима Башар Асад должен был делегировать вице-президента Фарука Шараа для переговоров с оппозицией. Однако и режим поднял потолок своих требований тем, что полностью отверг эту инициативу, опираясь на силу Ирана, который в это время начал отправлять в Сирию своих военных экспертов и специалистов по безопасности и подавления восстаний и революций. Режим считал, что арабы вмешиваются во внутренние дела Сирии, нарушают суверенитет страны, и убрал Фарука Шараа с политической сцены.

 

4.      Переход к инициативам ООН

После того как сирийский режим окончательно закрыл дверь перед арабскими инициативами, в свете явного и открытого выступления Ирана на стороне сирийского режима, отсутствия на сцене любой другой региональной силы, способной повлиять на режим, остановить насилие и стремительное движение в сторону военной эскалации, а также использование авиации против граждан. В этой ситуации мировое сообщество должно было вмешаться, для начала под эгидой ООН.

В марте 2012 года был отработан план Аннана по Сирии, который разработал специальный посланник ООН и ЛАГ Кофи Аннан. План был единогласно поддержан Совбезом ООН, которая призвала сирийское правительство «немедленно и полностью»выполнить план Аннана (в тот момент план не включал уход Асада).

План состоял из шести пунктов:

1-           Выработка сторонами сирийского конфликта решения, учитывающего интересы и устремления народа;

2-           Немедленное прекращение под наблюдением ООН вооруженного насилия в любых формах всеми сторонами конфликта для защиты гражданского населения;

3-           Обеспечение армией и оппозицией доступа гуманитарной помощи во все охваченные вооружёнными столкновениями районы страны и соблюдение ежедневной двухчасовой паузы прекращения огня.

4-           Освобождение задержанных сирийским правительством за участие в акциях протеста людей в кратчайшие сроки;

5-           Обеспечение свободы передвижения по всей стране для журналистов;

6-           Уважение властями свободы собраний и права на мирные демонстрации.

 

В то же время Россия начала активно влиять на сирийский вопрос, чтобы получить в Сирии исключительные позиции. Поддержка России перестала быть сугубо политической, она стала  оказывать также и военную помощь путем передачи оружия и предоставления экспертов, а также путем оказания  экономической помощи. «Царь Кремля» нашел в сирийской войне золотой шанс контролировать Ближний Восток. Этим он рассчитывал ответить на свое отстранение от решения ливийского вопроса со стороны США, и что важнее, он увидел в этом шанс возвратить роль России в качестве глобального оппонента  США.

Налаженный канал взаимоотношений России с режимом Асада дал ему уверенность в своих силах, спокойствие и огромное стремление противостоять любым политическим инициативам с расчетом на то, что провал инициатив даст ему шанс вернуть контроль над всей Сирией, где он потерял контроль над важными частями страны в пользу вооруженной оппозиции. Таким образом он старался противостоять всем миссиям наблюдателей ООН, погружая их в бесконечное количество деталей – именно о такой тактике он упоминал своему министру иностранных дел. Так как план Аннана опирался на добровольность и моральную устойчивость сирийского режима, его текст не содержал прямого требования о  прекращении конфликта, а лишь позволял управлять им, в итоге Кофи Аннан решил уйти со своего поста.

Потеряв более одной трети страны, режим начал терять контроль над сирийской территорией в целом. В этой ситуации, на фоне соперничества между Ираном и Россией по поводу влияния на политические и военные решения режима, «Группа действий по Сирии», состоявшая из постоянных членов Совбеза ООН и другие арабские и региональные страны, в июне 2012 года внесла на рассмотрение основные принципы переходного периода на заседании в Женеве. В результате первой международной конференции по Сирии «Женева – 1» предусматривалось создание переходного управляющего органа, сформированного на основании консенсуса и включающего как членов правительства, так и представителей оппозиции и других групп, кроме того, предусматривалась возможность пересмотра сирийской конституции, проведение президентских и парламентских выборов, формирование новых органов государственной власти.

Единственной проблемой в заявлении «Женева – 1» стала неясность, туманность формулировки, которую можно трактовать по разному.  В ней не была определена судьба и место нахождения Асада в будущей Сирии, в ней также не содержался график выполнения и ясные, обязательные для исполнения условия. Очевидно, что именно такая туманность и неясность устраивала США и Россию, в особенности, а может быть они именно к этому и стремились, так как в резолюции были обозначены только общие желаемые рамки, а дальше можно было работать исходя из сложившихся обстоятельств. В скором времени режим Асада и Россия использовали эти пробелы в резолюции «Женева – 1», она играли на этом, что привело к провалу договоренности и к провалу дальнейших двух раундов переговоров. В итоге специальный посланник ООН и ЛАГ Лахдар Брахими также ушел со своего поста.

 

5.      Фиктивные международные решения

Время шло, но никаких существенных  результатов не было достигнуто, международные стороны были довольны таким положением вещей, так как продолжение конфликта было им намного выгоднее, чем его прекращение. Особенно выгодно это было для США и России, которые не видят никакой проблемы в превращении Сирии в болото или зыбучие пески. Только приличия ради нужно было время от времени принимать некоторые решения, давая этим понять миру и сирийцам, что сирийский вопрос еще не заморожен. Таким образом вышла резолюция ООН № 2042 от апреля 2014 года, в которой говорится об отправке миссии невооруженных военных наблюдателей в Сирию для наблюдения за необходимым (но безусловно невыполнимым в реальности) прекращением огня. Основная цель подобной стратегии состояла в том, чтобы протянуть время, а не начать предпринимать шаги на пути решения конфликта. Не прошло и недели, как вышла новая резолюция ООН № 2043, она являлась  продолжением предыдущей резолюции, в которой от сторон требовалось обеспечение безопасности миссии наблюдателей ООН¬, а также предоставления отчета по ситуации каждые 15 дней. Однако эта резолюция, выпущенная в продолжение первой, совершенно не повлияла на реальный ход событий.

На тот период иранцы доминировали в вопросе военного решения в Сирии, а россияне главенствовали на политическом фронте, кроме того, в это время в Сирию начали приезжать представители ряда международных террористических организаций, в частности, «Исламского государства» ИГ и «Джебхат ан-Нусры», их влияние усиливалось, и это вмешательство стало для России и режима Асада долгожданным подарком, потому что присутствие этих организаций стало естественным поводом для нарушения принципов заявления «Женева – 1», которое долго волновало режим.

В феврале 2014 года, после значительного ухудшения гуманитарной ситуации, с распространением практики насилия, убийств и перемещения населения, накануне третьей годовщины начала революции Совбез ООН издал новую резолюцию № 2139, однако эта резолюция носила сугубо гуманитарный оттенок, она не содержала каких-либо политических пунктов. Резолюция вышла в ответ на всемирные гуманитарные призывы, и также как и они не возымела никакого действия в реальности.

 

6.      Попытки вычеркивания женевской инициативы

Режим и союзники (россияне и другие) стали оправдываться тем, что нынешняя ситуация в Сирии стала совсем другой, принципиально отличающейся от ситуации на момент подписания резолюции «Женева – 1», ведь тогда в Сирии не было международных террористических организаций. Сирийский режим и Россия стали требовать отмены резолюции «Женева – 1», или, в крайнем случае, ее актуализации в рамках нынешней ситуации. Они требовали  поставить борьбу с терроризмом в качестве приоритетного вопроса, превосходящего по важности  любой другой политический пункт или пункт, касающийся безопасности, они утверждали о необходимости сотрудничества оппозиции с режимом для борьбы с этими террористическими организациями, и это сотрудничество должно было начаться реализации какого-либо политического решения.

В январе 2015 года Москва начала новые шаги по отвлечению внимания от резолюции «Женева – 1», с которой была согласна сирийская оппозиция и которая получила международный консенсус. Москва продолжала свои усилия по раздроблению оппозиции, объединяя ее с какими-то политическими организациями, которые были совершенно не связаны с оппозицией, все это делалось с целью ослабить и расшатать ее. Россия призывала к проведению конференции (или форума) в Москве, но все основные силы оппозиции решили его бойкотировать, в знак протеста против российских намерений в Сирии, с одной стороны, и из-за отсутствия доверия к России, с другой. Россия, по их мнению, стала противником на войне против них, поэтому не может стать посредником в решении конфликта. Москва тогда смогла собрать ряд представителей не очень значимой оппозиции, несколько псевдо-оппозиционеров и делегацию со стороны режима, в этом составе она и проводила межсирийские переговоры, результатом которых стал документ под названием «Московские принципы».

Документ одобряет все предложения России и режима, в нем не содержится ни малейшего обещания  реформ, политических изменений или участия оппозиции в решении значимых вопросов. Было ясно, что целью этих переговоров является отодвигание резолюции «Женева – 1» в дальний угол, поэтому все оппозиционные силы отвергли итоги этих переговоров, а режим естественно принял эти итоги в силу того что они соответствуют его позиции.

В рамках этой же линии делегитимизации резолюции  «Женева – 1» специальный посланник ООН по Сирии Саффан де Мистура в августе 2015 года предложил новый план по проведению политического переходного периода в Сирии. План опирается на создание четырех тематических рабочих групп. Среди выделенных четырех направлений работы отмечены: безопасность и защита для всех, политические и правовые вопросы, военные вопросы и вопросы борьбы с терроризмом, продолжение оказания государствам услуг, восстановление и развитие страны. В плане говорится о «начале политического процесса, возглавляемом Сирией» – любимое выражение сирийского режима. Была ясно, что россияне с энтузиазмом готовы принять такой план, который противоречит резолюции «Женева – 1», где предусматривалось создание переходного управляющего органа. США внесли свои поправки к плану Де Мистуры по «созданию переходного управляющего органа с полными исполнительными полномочиями», то есть фактически США добавили к плану Де Мистуры сущность резолюции «Женева – 1», Совбез поддержал последнюю версию плана, но энтузиазм России в этот момент уже пропал, она провалила план и не был осуществлен.

 

7.      Вена и график реализации

В октябре 2015 года, спустя два месяца после одобрения плана ООН, главы МИД США, России, КНР, ЕС, Франции, Германии, Великобритании, Саудовской Аравии, Катара, Египта, Ирана, Иордании, ОАЭ встретились в Вене и согласовали документ о шагах по урегулированию сирийского кризиса. Собравшиеся выработали общую позицию, подтверждавшую единство Сирии, светский характер государства, сохранение государственных учреждений, противостояние терроризму, кроме того, они призывали к продолжению переговоров между режимом и оппозицией в рамках достигнутой договоренности по заявлению «Женева – 1», чтобы «создать полномочный, всеобъемлющий, нерелигиозный управляющий орган». Это заседание была проведено европейскими, американскими и арабскими (представители арабских стран Персидского залива) усилиями.

Через месяц после встречи Вена – 1, представители 20 государств и организаций опять встретились в Вене и договорились начать политический процесс по Сирии. Наиболее важным на этом заседании стало то, что сторонам удалось согласовать график, по которому «в течение полугода сформируется переходное правительство, а через 18 месяцев пройдут выборы».

С целью подтвердить этот график, через 2 месяца после Вена – 2 группа провела заседание в Совбезе ООН, в ходе которого Совбез ООН единогласно одобрил резолюцию, поддерживающую достигнутую в Вене дорожную карту. США тогда заявили, что это резолюция является сообщением для всех участников конфликта о наступлении момента, в который необходимо закончить насилие и убийства в Сирии. Но ничто из этого не воплотилось в реальности, насилие и убийства продолжались, переходное правительство не было создано через полгода, не было и нет даже вероятности или надежды на какие-либо выборы через 18 месяцев.

 

8.      Всесторонний провал

Ни одна из этих основных или частичных инициатив  не достигла существенных результатов, напротив, инициативы спровоцировали интенсивность выражения местных, региональных и международных разногласий, они увеличили размер трагедии и усилили войну и насилие. Это произошло из-за конфликта интересов стран, влияющих на сирийскую ситуацию, из-за настойчивости России и Ирана в их безграничной политической и военной поддержке режима Башара Асада, из-за упорства России и США в своем стремлении потратить время впустую, а также из-за того, что каждая из сторон, вовлеченных в сирийский  конфликт, считает его своей вотчиной, с помощью которой можно решать свои проблемы с другими странами. Все это привело к появлению нецелесообразных, несерьезных, весьма локальных  и невыполнимых инициатив.

Страны, предложившие эти инициативы, наблюдатели инициатив или страны, под эгидой которых эти инициативы были предложены, целенаправленно или порой из-за неграмотности игнорировали основные вопросы сирийского конфликта. Все страны-участники или сторонники этих инициатив знали заранее, что толку от них будет мало. Россия и США в основном стремились все время играть с целью получить дополнительное время, думая, что кто-то на поле боя сможет поменять ситуацию в свою пользу и сможет надавить на противника/противников не только в Сирии, но и по другим вопросам, не имеющим никакого отношения к Сирии.

Уровень сложности сирийского конфликта стал беспрецедентным, Сирия превратилась в сцену, где все рассчитаются со всеми, где режим готов уничтожить Сирию, убить и сделать беженцами половину ее населения (что на сегодняшний день уже произошло), для того чтобы его тиранский коррупционный режим остался у власти. Ради власти режим готов продавать свою политическую волю, свой суверенитет Ирану, России или даже Израилю, если это будет возможным. Россия, со своей стороны, готова сжечь всю Сирию взамен на то, чтобы вернуть свое влияние и статус мировой державы, противостоящей США, она ставит вопрос уничтожения Сирии взамен на другие острые вопросы по Украине и в Европе. Иран под этническими и религиозными предлогами стремится воплотить давнюю национальную персидскую мечту гегемонии над регионом и таким образом возродить древнюю персидскую империю, для этого он  готов использовать в аморальной войне для достижения своей цели все имеющиеся у него экстремистские группировки. Основной целью Турции является возвращение своей региональной мощи, защита своих границ, гарантированное уничтожение  курдской мечты о суверенном независимым государстве.  Израиль – это главный победитель в этой войне, в которой Сирия, как сопротивлявшееся государство, исчезла и с ней исчезли все возможности ее возвращения к своей роли в ближайшем будущем. Это все совпадает со стремлением США реализовать все стратегии Белого дома без капли американской крови, в то время как арабские страны Персидского залива стремятся противостоять иранской экспансии и видят в Сирии подходящее поле для противостояния столь опасной для них тенденции. Иран пользуется Сирией как точкой опоры для этой экспансии, кроме того, существует масса других интересов, и разносторонних экономических целей для всех вышеуказанных сторон, которые стремятся достичь их на территории Сирии.

Поэтому, Сирия стала представлять собой совокупность сложных, переплетенных между собой региональных и международных интересов, целей и стратегий, что привело к усложнению сирийской ситуации, и в дальнейшем, к провалу всех инициатив, откладыванию их реализации и откладыванию урегулирования конфликта, в ожидании, что одна из сторон сможет добиться этих целей или хотя бы большой их части на поле боя.

С технической точки зрения, можно сказать, что все инициативы были нацелены на предостережение от отрицательного влияния терроризма и экстремизма, от дестабилизации региона, от прихода террористов в Сирию, от уничтожения городов, от возрастающего религиозного фанатизма, от опасности отсутствия политического урегулирования. Все инициативы подтверждали необходимость защиты мирного населения, диаспор религиозных и этнических меньшинств, необходимость присутствия всеобъемлющего политического процесса под сирийским руководством в рамках принципов «Женева -1», необходимость участия женщин, сохранения единства Сирии, важность сохранения ее независимости, целостности, суверенитета, светского характера государства, а также непрерывности функционирования государственных учреждений, защиты прав сирийцев вне зависимости от этнического или религиозного происхождения, гарантии доставки гуманитарной помощи по всей стране. Но, к сожалению, в этих инициативах не был определен обязательный для исполнения механизм достижения этих целей или график их выполнения. Кроме того, они ставили всех – и преступника, и жертву на одну доску, они не содержали санкций против тех, кто препятствует их реализации. Все пункты инициатив были слишком общими, предоставляли широкий диапазон трактовок, каждый мог трактовать их как хочет, в зависимости от своих интересов, целей и намерений.

 

9.      Сложные решения

Результаты всех этих инициатив сводились к нулю. Многие сирийцы считали их нелепыми, несерьезными, игнорирующими важные вопросы, без которых невозможна реализация никакой инициативы. Сирийцы критиковали инициативы и их составителей. Существенным моментом этой критике было  то, что авторы инициатив относились к режиму наивно, предполагали, что он будет выполнять свои обещания, также эти инициативы отстранили силы вооруженной оппозиции, в них отсутствовали конкретные, ясные механизмы и график выполнения обязательств. Сирийцы также критиковали туманность пунктов, суть которых осталась зависимой от трактовки, они критиковали отсутствие сил на реализацию предложений и на наказание с помощью седьмой главы устава ООН. Кроме того, они критиковали игнорирование концепции правосудия переходного периода, отсутствие упоминаний про убийц и порой равномерное обвинение жертвы и убийцы.

Очевидно, что для решения сирийской трагедии отсутствует единая международная воля, что имеются колоссальные разногласия между всеми местными, арабскими, региональными и международными сторонами, участниками сирийского конфликта, и эти разногласия только возрастают и усложняются. Кроме того, США относятся к сирийскому вопросу без особого внимания. К тому же, арабские страны находятся в исключительно слабом состоянии, ощущается региональная и международная беспомощность. Кроме того, сирийская оппозиция слаба и неопытна, она страдает от раздробленности, сумбурности и от нехватки политического видения, что мешает ей влиять на события, международные резолюции и инициативы. С другой стороны, сирийский режим продолжает применять самые жестокие и бесчеловечные меры;, на фоне этой неуступчивости, коррупционности, деградации патриотизма и превращения его в машину для убийства, режим с настойчивостью применяет только военные методы, что мешает ему подумать серьезно о возможности успеха любой из инициатив во имя спасения Сирию и ее народа.

Судя по нынешним позициям России, Ирана и США, сложно предугадать появление новых реализуемых инициатив, способных прекратить сирийскую войну и трагедию всего народа. Видимо, прежде чем стремиться к новым инициативам, нужно работать над ограничением транснационального и трансграничного международного терроризма, над возвращением Сирии своей политической и военной воли, которая сейчас передана России и  Ирану. Нужно сделать так, чтобы Сирия перестала быть  полем для мировой разборки всех против всех. Это есть ключ к решению сирийского конфликта. Эта задача неимоверно  сложна, если к ее решению не приложат усилия европейские, региональные, арабские и местные силы, которые могут существенно повлиять на американскую позицию.